Мозг не требуется, когда дело доходит до мышления и решения проблем

Плоский червь, имеющий форму запятой, его можно найти в грязи озер и прудов по всему миру. Его голова размером с булавку имеет микроскопическую структуру, напоминающую мозг. Два его глазных пятна расположены близко друг к другу, что делает его мультяшно сбитым с толку. Он не стремится ни к чему иному, как к жизни в качестве кормушки снизу.

Но червь справился с одной задачей, которая ускользнула от величайших умов человечества: совершенная регенерация. Разорвите его пополам, и из его головы вырастет новый хвост, а из хвоста — новая голова. Через неделю уплывают два здоровых червячка.

Вырастить новую голову — изящный трюк. Но именно хвостовая часть червя интригует биолога из Университета Тафтса Майкла Левина. Он изучает, среди прочего, то, как тела развиваются из отдельных клеток, и его исследования привели его к подозрению, что интеллект живых существ в удивительной степени находится за пределами их мозга. Например, в клетках задней части червя может быть существенный ум. «Всякий разум на самом деле является коллективным разумом, потому что каждая когнитивная система состоит из каких-то частей», — говорит Левин. Животное, способное пережить полную потерю головы, было идеальным подопытным для Левина.

В своем естественном состоянии планарии предпочитают гладкую и защищенную местность грубому и открытому. Положите их в форму с рифленым дном, и они прижмутся к краям. Но около десяти лет назад в своей лаборатории Левин приучил некоторых планарий ожидать вкусных кусочков печеночного пюре, которые он капал в середину блюда с выступами. Вскоре они потеряли всякий страх перед трудностями и с нетерпением пересекли водораздел, чтобы получить угощения. Он дрессировал других червей таким же образом, но в гладкой посуде. Затем он обезглавил их всех.

Левин выбросил кончики голов и подождал две недели, пока хвостовые кончики отрастили новые головки. Затем он поместил регенерированных червей в гофрированные тарелки и капнул в центр печень. Черви, которые в своем предыдущем воплощении жили в гладкой посуде, не хотели двигаться. Но черви, регенерировавшие из хвостов, обитавших в грубой посуде, научились быстрее добывать пищу. Каким-то образом, несмотря на полную потерю мозга, эти планарии сохранили память. Но как? Где?

Оказывается, обычные клетки, а не только высокоспециализированные клетки мозга, такие как нейроны, обладают способностью хранить информацию и действовать на ее основе. Теперь Левин показал, что клетки делают это, используя тонкие изменения в электрических полях как тип памяти. Эти открытия поставили биолога в авангард новой области, называемой базальным познанием. Исследователи в этой развивающейся области обнаружили признаки интеллекта — обучение, память, решение проблем — как вне мозга, так и внутри него.

До недавнего времени большинство ученых считали, что истинное познание появилось вместе с первым мозгом полмиллиарда лет назад. Без сложных групп нейронов поведение было всего лишь своего рода рефлексом. Но Левин и ряд других исследователей считают иначе. Он не отрицает, что мозги замечательны и являются образцом вычислительной скорости и мощи. Но он рассматривает различия между скоплениями клеток и мозгом как различия в степени, а не в виде. Фактически, Левин подозревает, что познание, вероятно, развилось, когда клетки начали сотрудничать для выполнения невероятно сложной задачи по созданию сложных организмов, а затем были внедрены в мозг, чтобы позволить животным двигаться и думать быстрее.

исследования